Словарный запас большинства из нас сводился к набору, которого хватит для покупки ночи в караван-сарае, но не достаточно для беседы о чем-то кроме еды и денег. С точки зрения Красноборода, мы знали в ишерийском ровно столько, сколько и нужно. С точки зрения Одноглазого, мы не знали ничего.