А этот дурак необыкновенный. Сидит себе дома, книжку читает, либо к папке с мамкой ласкается — вдруг, ни с того ни сего, в нем сердце загорится. Бежит, земля дрожит. К которому делу с подходцем бы подойти, а он на него прямиком лезет; которое слово совсем бы позабыть надо, а он его-то и ляпнет.