Лейтмотивом звучит тема Третьего Рима. У нас очень многие неправильно понимают эту концепцию, и говорят о том, что отрыв Украины и разлад с Константинополем знаменует конец концепции Третьего Рима. В действительности все с точностью до наоборот. Третий Рим — это не концепция мировой империи, или вообще большого имперского пространства. Она про другое. Скорее это концепция цивилизационного одиночества. После падения Византии Москва осознала, что всемирного центра православия в его прежнем виде больше не существует, а точнее, что она и является таким центром. Сама себе является Римом. И нынешняя само-дискредитация константинопольского патриархата вызывает схожие ощущения. Да и геополитическая ситуация в мире тоже заставляет вспомнить, или задуматься об одиночестве как константе русской истории. И в этом смысле правильно сказать, что времена третьего Рима не уходят, они возвращаются, и по-моему, это были не худшие времена в истории русской церкви и русской государственности.
— Власть факта