Ему все еще казалось очевидным и предельно ясным, что человек должен делать только то, что правильно, и он так и не понял, как люди могут поступать иначе; понял только, что они так поступают. Это до сих пор казалось ему простым и непонятным: простым, потому что все в мире должно быть правильно, и непонятным, потому что это было не так.
— Ну, и чего ты хочешь? — Быть как вы. — Не понял. Выражайся точнее. — Всегда поступать по-своему. И делать, что мне нравится. В общем, быть человеком.