— Револьверы…[презрительно]. — Да, револьверы… [виновато]. — Револьверы. [смахивает товар со стола] — Но лучшие я держу здесь. Вот Ремингтон, Кольт, Рут, Смит и Вессон, флотский Кольт, Джослин, ещё Ремингтон... — Хватит! — Патроны! — Опробовать можно во дворе. — Патрон. [выбрав и испытав револьвер, заряжает патрон и прокрутив барабан] Сколько? — Двадцать долларов. — Нет. [Туко направляет не глядя на оружейника револьвер] — Пятьдесят долларов. — Сколько? [Туко взводит курок] — Сто долларов... Двести долларов... это всё, что у меня есть.

С пятью патронами кажется, что у тебя целых пять шансов. С одним патроном, только решимость и никакого страха.

Один патрон — одна смерть. Чья-то отнятая жизнь. Сто граммов чая — пять патронов. Батон колбасы? Пожалуйста, совсем недорого — пятнадцать человеческих жизней.

Театр превосходно обходился без режиссеров приблизительно две тысячи пятьсот тридцать пять лет.