29 июля 2026, среда

— Мам, как умерли Миранда и Мэри? — спросила Сильвия, когда они с мамой уже расходились по комнатам. Этот вопрос мучал её весь день. Она хотела получить на него хоть какой-то ответ. — Они умерли героями, Сильви. Миранда пожертвовала своей жизнью ради Мэри и Джеймса, ну а сама Мэри умерла из-за того, что в последний момент она перестала контролировать свою магию. Убийца Миранды смог отразить удар Мэри, и заклятье отлетело в неё. Мэри жаждала мести, но она была очень хорошей и благородной девочкой. Такой же, как и её родители. Со дня её смерти её стали называть «Кровавой Мэри». Ты заметила, что на фотографии у Мэри красные глаза? — Сильвия кивнула. — На самом деле у Мэри были карие глаза, как у Джеймса, но Мэри видела слишком много крови. Ей было 6 лет по земным меркам, когда началась война. Из-за этого её глаза стали красными. Багровыми, цвета крови. Навсегда. — Эмили глубоко вздохнула и опустила глаза. Сильвия была в шоке от такого ответа на её вопрос. Она думала, что её сестра с тётей умерли по случайности, но оказалось они умерли в бою. В бою за справедливость. За право на жизнь. Её глаза наполнились слезами. Эмили притянула дочь к себе, а та разрыдалась у неё на плече. Как бы она хотела, чтобы ничего этого не было. Чтобы все родные и близкие были сейчас рядом с ней. И она знала, что так и будет. Ведь человек остаётся жив, пока о нём помнят и любят.

Амелия Шпилцпберг

Похожие цитаты

Мисс Манипенни: — Где ты находишься, Джеймс? Джеймс Бонд: — Да, вот просматривал старое дело. Сильвия Тренч: — Так это я, значит, старое дело? Джеймс Бонд: — Тише, это с работы. Скажи ему, я уже еду. Сильвия Тренч: — Он никуда не поедет. Джеймс Бонд: — Сильвия, прекрати, займемся этим в следующий раз. Сильвия Тренч: — Займемся чем? В прошлый раз ты улетел на Ямайку. Я не видела тебя целых шесть месяцев. Джеймс Бонд: — Буду через час. Мисс Манипенни: — Я передам ему. Эй, кажется, твое старое дельце весьма ничего, Джеймс. Джеймс Бонд: — Скажи тогда, что через полтора.
Мисс Манипенни · фильм
Одиссей ... Каждое утро страдания новые... Вот — я раскрыл пред тобою одежды — Видишь, как кровь убегает багровая? Это не кровь, это наши надежды.
Я никогда не стремился «укусить». Моя задача была — получить интересный ответ, адекватный ответ, адекватный вопросу, глубокий ответ. Мои вопросы — с подоплёкой. Мне хотелось бы, чтобы артист подробно объяснял, пытался ответить на вопрос в такой же степени глубины. Задавая вопросы, я хотел помочь артисту в его профессии, выйти на какие-то новые рубежи, понять свои творческие ошибки.