Когда нам приходится очень плохо, для утешения хочется найти другого человека, которому еще хуже. Так уж, видно, мы устроены: стоит убедиться, что чужая беда злее нашей, настроение повышается.

Нет ничего страшнее гнева когда-то близких нам людей. В отличие от всего остального мира они знают все наши секреты, все слабые места и каждую болевую точку. И когда они злятся, то бьют со всей силы так больно, как только могут. И считают себя вправе это делать — именно потому, что когда-то были близкими и пользовались нашим доверием. Так что, в очередной раз открывая кому-то душу, неплохо бы помнить о том, что и этот человек когда-то может стать бывшим близким…

Нам хочется верить, что у нас все-таки есть свобода выбора. Но если выбор основан на доверии к чужому, то о какой тогда свободе может идти речь?

Что может быть хуже, страшнее, ужаснее потери близкого человека? Страшнее, намного страшнее, когда любящие становятся чужими. И даже врагами. Вот это и есть ад на земле.