Что бы не происходило в нашей жизни, мы вынуждены на пепелище и руинах отстраивать новую жизнь. Цепляясь за глупые надежды, веря, что когда-нибудь доберёмся до вечно белой полосы — мы старательно возводим, сами того не зная, песчаный замок возле самой кромки океана. Рано или поздно будет прилив и его смоет, но мы стараемся не думать об этом, наслаждаясь минутным спокойствием. Но ведь у нас и есть только «сейчас», поэтому минутное затишье — и есть наша сейчасная жизнь.
Что бы не происходило в нашей жизни, мы вынуждены на пепелище и руинах отстраивать новую жизнь. Цепляясь за глупые надежды, веря, что когда-нибудь доберёмся до вечно белой полосы — мы старательно возводим, сами того не зная, песчаный замок возле самой кромки океана. Рано или поздно будет прилив и его смоет, но мы стараемся не думать об этом, наслаждаясь минутным спокойствием. Но ведь у нас и есть только «сейчас», поэтому минутное затишье — и есть наша сейчасная жизнь.
Если вкратце, то первые приливы на Земле могли управлять процессом воспроизведения строительных кирпичиков жизни. Так что когда в следующий раз ваш песчаный замок, занявший на конкурсе фигур из песка первое место, смоет, не выходите из себя — вспомните, что, вполне возможно, вы у этой волны в долгу.
Красный прилив, Лестер. Жизнь-то наша. Нам скармливают дерьмо, день изо дня, начальник, жена и так далее. Это нас убивает, и, если ты не дашь отпор, не покажешь, что ты всё ещё зверь в глубине души, этот прилив тебя смоет. ======================== Наша жизнь, Лестер, — это красный прилив. Говно, которым нас кормят день за днем твой босс, жена и прочие, нас изматывает. И если за себя не постоять, не показать им, что ты еще примат, по натуре своей, по природе, тебя просто не станет.