Друэ как-то снова зашел к ней и, услышав, что она уехала, издал возглас разочарования. Он долго стоял в вестибюле, нервно покусывая кончики усов, и наконец пришел к естественному выводу: былого не вернуть. «Не стоит она того, чтобы из-за нее огорчаться», — решил он, но в глубине души чувствовал иное».