«Что ж, я позволю вам повеселиться, взлететь до самого неба, а потом у самых ворот в рай, одним ударом столькнуть вас в самый низ, столкнуть насмерть.— Хуань Бэй Юэaforizm.onlineЧто ж, я позволю вам повеселиться, взлететь до самого неба, а потом у самых ворот в рай, одним ударом столькнуть вас в самый низ, столкнуть насмерть.Что ж, я позволю вам повеселиться, взлететь до самого неба, а потом у самых ворот в рай, одним ударом столькнуть вас в самый низ, столкнуть насмерть.— Хуань Бэй Юэ Скопировать Скачать Картинкой Картинка Поделиться
«Хочу проверить, высоко ли я смогу взлететь. Хочу узнать, правда ли это. Правда ли, что небо на самом верху открывается.— Джо Хиллaforizm.onlineХочу проверить, высоко ли я смогу взлететь. Хочу узнать, правда ли это. Правда ли, что небо на самом верху открывается.Хочу проверить, высоко ли я смогу взлететь. Хочу узнать, правда ли это. Правда ли, что небо на самом верху открывается.— Джо Хилл · книга
«— Мне понравилось ухаживать за вами против вашей воли. — Потому что я вам позволила.aforizm.online— Мне понравилось ухаживать за вами против вашей воли. — Потому что я вам позволила.— Мне понравилось ухаживать за вами против вашей воли. — Потому что я вам позволила.
«Не натягивайте слишком сильно струны. Вам будет больно, когда однажды сорвавшись, одна из них ударит вас по лицу...— Светлана Сургановаaforizm.onlineНе натягивайте слишком сильно струны. Вам будет больно, когда однажды сорвавшись, одна из них ударит вас по лицу...Не натягивайте слишком сильно струны. Вам будет больно, когда однажды сорвавшись, одна из них ударит вас по лицу...— Светлана Сурганова
«Самолюбие — это загадочный зверь, который спокойно спит даже под градом самых страшных ударов и вдруг просыпается, раненный насмерть пустяковой царапиной.— Альберто Моравиаaforizm.onlineСамолюбие — это загадочный зверь, который спокойно спит даже под градом самых страшных ударов и вдруг просыпается, раненный насмерть пустяковой царапиной.Самолюбие — это загадочный зверь, который спокойно спит даже под градом самых страшных ударов и вдруг просыпается, раненный насмерть пустяковой царапиной.— Альберто Моравиа · книга