— Вы куда? — Как обычно. На свою долгую печальную прогулку. — Можно мне с вами? — Нет. — Почему нет? — Потому что я не хочу украсть ни единой минуты твоей молодости.

— [стучит] Пенни. Пенни. Пенни. — Чего?! — Эми указала мне, что раз уж ты сделала что-то хорошее для меня — я должен вернуть любезность. Поэтому, да, я приду посмотреть эту твою дурацкую пьесу. — ... А я уже не хочу, чтобы ты приходил. — Это почему же? — Идти нужно не потому, что ты должен, а только если ты этого хочешь. — Бог мой, и снова правила?! Когда же этому придет конец?! А мне можно пойти, потому что я должен хотеть пойти? — Делай что хочешь, понял?! — Подожди... Так мне делать то, что я действительно хочу, или то, что я должен хотеть? — Да ради всего святого, просто приходи и всё! — Хорошо. Я не хочу, но в этом, по крайней мере, есть какой-то смысл.

Почему все хотят, чтобы я хотела того, чего хотят они, и никто не хочет хотеть того, чего хочу я?

– Ради всего святого, Ринар! – Ради всего святого? – с нескрываемой издевкой переспросил он, прижав меня грудью к стене и расстегнув свои штаны. – Где ты только таких слов набралась, Дийана? Мне не нравится упоминание святых в стенах резиденции!