Папа говорит, все наладится, я еще найду своего человека — я красив, умен и богат. Почему они не видят, что из меня внутренности вываливаются, что я хожу, обнимая себя сам — расслаблю руки, и рассыпаюсь. То, что держало меня целым, — осталось там. То, что держало меня целым, — меня не хочет. Я сам себя больше не хочу.