Пусть мы и различаемся, но каждый из нас играет свою роль в защите мира. Всё, что мы можем сделать, это продолжить дело наших товарищей, которые отдали за него свои жизни. Защищать мир, а не разрушать его.
Пусть мы и различаемся, но каждый из нас играет свою роль в защите мира. Всё, что мы можем сделать, это продолжить дело наших товарищей, которые отдали за него свои жизни. Защищать мир, а не разрушать его.
Страх не только отнимает у нас способность играть, но и помещает нас в своего рода заключение, ограничивающее свободу нашего ума. Продолжая эту метафору: страх – грозный тюремщик, и – как и в ситуации буквального порабощения – его власть разрушает нашу витальность и благополучие.
— Воронин, родители — это команда! — А мы и играем в одной команде, просто я играю в защите, а ты в нападении. — В защите! Причём на другой половине поля. Учти: продолжишь так играть, вылетишь из команды! — Вер, ты что!? У меня с этой командой пожизненный контракт!
