Но ведь женщина, как и мужчина, может уступить порыву, не подпадающему ни под какие законы благонравия, не умещающемуся ни в какие рамки морали.

Редкий холостой человек не вздохнёт, видя красоту и счастие детей, скромность и благонравие женщин.

О злая ложь в обличье доброты! Порок, надевшись маску благонравья! Он сын мой — и при этом мой позор.

Прямую цену ему дает благонравие. Без него умный человек — чудовище. Оно неизмеримо выше всей беглости ума.