Я не очень люблю делить книги по сортам — видимо, сказывается детская травма от Большой советской энциклопедии, в которой все писатели были прочно поделены на четыре типа: «великие», «выдающиеся», «видные» и «известные». Поэтому я по возможности избегаю определений типа «великий роман», «выдающийся писатель» и всего в таком духе. Главным критерием оценки книги для меня служит ее способность менять своего читателя: хорошая книга — это та, из которой ты вышел не таким, каким вошел. Которая что-то с тобой сделала, повернула глаза под другим углом, заставила подумать о том, о чем раньше не думал. Сколь угодно совершенный текст, который не оставил в душе заметной ряби, в моем понимании, едва ли может считаться хорошим и уж тем более великим.