Лариса вдруг вспомнила, как хлестала Разумовского словами своей любви. Разве такими словами говорят об этом? Она будто стояла на пьедестале своих чувств, несгибаемая и недосягаемая, а Андрей оставался где-то внизу, где бродят жалкие, непонимающие, недостойные её людишки. А надо было встать рядом с ним и смотреть на него, понимая и признавая его власть над ней, во имя той самой любви, что раздирает ей сердце. «У меня пересыхают губы от одной лишь мысли о тебе...»
— Светлана Лубенец
