Высокие темпы научно-технического прогресса и экономического роста приводят к изменению экономических и социальных структур, к социальным, психологическим потрясениям людей, связанным с необходимостью постоянно подстраиваться под изменения. Глубокое стрессовое состояние, связанное со столь стремительной ломкой старого, А. Тоффлер называет «шок будущего».

А сейчас это касается более широкой проблемы. И это действительно связано с цивилизационным развитием, потому что конечно экономика важна. И конечно темпы роста важны. Беда только в том, что применительно к нам, если посмотреть эпоху бурного экономического роста начала нулевых, а тогда экономический рост был высокий, никто не спорит. Но если посмотреть с точки зрения структурных изменений в российской экономике, это была полная деградация. В начале 10-х годов мы фактически утратили промышленность, за исключением военного сегмента, который еще держался. Но гражданские отрасли промышленности к началу 10-х годов, это была полная деградация. И нашлись люди, которые били тогда в колокола. Поэтому конечно цифры важны. Но и качество роста важно. Но дело в другом. Формальные темпы роста экономики могут быть большими. Но надлом в крупных государствах… Любое крупное государство — это очень сложная система. Не только в империях есть национальные, суб-этнические, религиозные противоречия. Они есть практически в любой государственной системе. Так вот слом будет всегда начинаться с социальной системы.

Выигрывает тот, кто синхронизирует темп изменений с темпом приспособлений к изменению. Если у вас темп изменений низкий, вы отстаете. Если у вас темп изменений слишком высокий, а темп приспособлений к ним низкий, то у вас происходит революция или иные катаклизмы. «Выстреливает» та страна, которой удалось синхронизировать и примирить темпы изменений и темпы приспособления, а не та, которая быстрее всех бежит.

В. Соловьёв брал интервью у Д. Пескова, который, в частности, сказал: «Заметно снизились темпы падения экономики России…» Раньше говорили: «Заметно снизились темпы роста…»