Словом, убить в себе чувства и дожить до старости или же умереть юным, приняв муку страстей, — вот наша участь.

Бог был милостив к ней, не дал ей дожить до обычного конца, позволил ей умереть среди роскоши и красоты, не дожидаясь старости, этой первой смерти куртизанок.

Не следует бранить старость: ведь мы и сами рады были бы дожить до старости.

Поразительно, как мало человек успевает понять о жизни и о себе самом. Даже если дожил до глубокой старости.