В тот тихий час, когда неслышными шагами Немая ночь взойдет на трон свой голубой И ризу звездную расстелет над горами, - Незримо я беседую с тобой. Душой расстроганной речам твоим внимая, Я у тебя учусь и верить и любить, И чудный гимн любви — один из гимнов рая - В слова стараюсь перелить. Но жалок робкий звук земного вдохновенья: Бессилен голос мой, и песнь моя тиха, И горько плачу я — и диссонанс мученья Врывается в гармонию стиха.

Как жалок шут, на троне короля, Как глуп народ, который то позволил.

Лунною тропою на свиданье еду, Тихо сам с собою, тихо сам с собою Я веду беседу. Тихо сам с собою, тихо сам с собою Я веду беседу.

— Анискин и Фантомас

Какую маленькую, ничтожную фигурку представлял он собой! Как он бессилен и жалок при всем своём «мировом значении»!

— Герберт Уэллс

Я помню чудное мгновенье, передо мной явилась ты.... И я очнулся весь в мучениях, гипсы, контузия, менты...