Я дождаться не могу собственной смерти, тогда эти идиоты вскроют меня и, наконец, увидят, сколько внутри скопилось тепла.

Я дождаться не могу собственной смерти. Тогда эти идиоты вскроют меня и, наконец, увидят, сколько внутри скопилось тепла. ©

… В нашем [духовном] звании надо выбирать: либо благоденствовать в этом мире, либо в жизни будущей; середины нет.

Когда я начинаю брать какую-то новость, и её раскручивать, говорить о ней, я себя ощущаю таким водолазом, который погружается на дно. Причём самое главное, я не могу этого дна нащупать. И я не понимаю почему: либо нету дна, либо я просто не могу на него наступить.