Если душно тебе, если нет у тебя В этом мире борьбы и наживы Никого, то бы мог отозваться, любя, На сомненья твои и порывы; Если в сердце твоем оскорблен идеал, Идеал человека и света, Если честно скорбишь ты и честно устал, - Отдохни над страницей поэта.

Томясь и страдая во мраке ненастья, Горячее чуткое сердце твое Стремится к блаженству всемирного счастья И видит в нем личное счастье свое. Но, друг мой, напрасны святые порывы: На жизненной сцене, залитой в крови, Довольно простора для рынка наживы И тесно для светлого храма любви.

Верю ли я в классовую борьбу? Беззаветно! В перманентную.

Вот он устал, шатается и стонет; испуганное сердце ищет Веры и громко просит нежных ласк Любви.