Художник — большое дитя, он не замечает грязи, и она к нему не пристаёт.

А это, конечно, пани Моника. Недавно пан Профессор ей сказал, что она женщина бальзаковского возраста. И теперь она срочно пытается выяснить, сколько же лет этому Бальзаку.

Никакой любви, уважаемый пан писатель, не существует. Это просто временная наркотическая галлюцинация.

Про свое прошлое я могу сказать только две вещи: я всегда помню о нем и никогда о нем не жалею.