В скоротечности бренного мира заключается красота смертных. Разве наши жизни не подобны вспышке молнии? Но божественное могущество проявляется внезапно, и найдётся ли хоть кто-нибудь, способный выдержать рёв вечности?
Какой глупый-то! Да разве жизнь-то мила только деньгами, разве только и радости, что в деньгах? <…> Сама-то жизнь есть радость, всякая жизнь — и бедная, и горькая — все радость…