Я ещё раз обнял его и зашагал, изо всех сил стараясь не оглянуться. На душе было легко, я был спокоен. Знал, что в любой миг могу положить руку на сердце и сказать: «Здравствуй, Борха». Он ответит мне, удар за ударом. Я шёл в сторону Порту. Каждым утром, едва просыпался, клал ладонь на грудь: «Борха, здравствуй! Наступил новый день, давай проведём его, как мы мечтали?» Сердце билось — мальчик внутри меня улыбался.

— Не мог отдуться. Про Скарапеино кольцо волшебное Ульянке рассказывает... — Это Ульянка — хуже керосину.

Давен так долго бродил по земле Бразилис, что откуда пришёл — не помнил. Когда-то искал Пайтити, но теперь радовался любой находке, потому и у Мерседес взял то, что ему причиталось.

На одной из ночных посиделок китоловы рассказали мне про О’Бразил — остров счастья. Поведали, будто земля эта окружена плотным туманом и лишь раз в семь лет открывается людям. — Что там, на той земле? — Там нет печали. Там просыпаешься — и легко на сердце. Грустные глаза встретились с полными тоски глазами. Парусник шёл на север, послушный ветру.