— Ты служишь в гавани, — вела монолог Нина, — и сам видел, как легко крысы прогрызают стены изнутри. — Рука Биргира, сжимавшая пистолет, дрогнула. Он не сводил с нее глаз, сверлил взглядом, но не как стражник, а как человек, который хочет заткнуть уши, однако вынужден дослушать все до конца. — Враг уже поселился у тебя внутри, больные клетки медленно пожирают здоровые — там, в легких. В таком молодом возрасте это необычно. Ты умираешь, капитан Биргир, — негромко, почти по-доброму сказала Нина. — А я просто тебе помогу.