Так боги устроили мир – одно умирает, а другое должно родиться в свой черёд, – говорил он. – И это не так уж плохо. Если бы люди не умирали, то скоро даже воды в Волхове не хватило бы на всех.
Так уж актер устроен, Радуясь и скорбя, Он оставляет в роли Часть самого себя. Слезы и смех наш бодрый, Нашу мечту и боль Можно назвать работой, Лучше назвать судьбой.
