По-настоящему легко ей давался только образ серьезной умной женщины, коей она и была, но его демонстрировать доводилось редко. Никто не любит умных женщин, особенно если они еще и красивы.
Анкран протянул руку: — Если не будешь сам, тогда давай сюда меч. Быстрее, чем это было возможно, безукоризненно гладкое острие оцарапало заросшее щетиной Анкраново горло. — Только попробуй взять, и я вручу его тебе острым концом вперед, кладовщик, — проурчал Ничто.