НАНИ: ... А вот то, что вы обозвали неаполитанский рустико – кишем, это, простите, прямое оскорбление. ФРАНЦ: Мои извинения! НАНИ: Я их не принимаю, юноша. Пока вы не распробуете как следует мой рустико и не поймете, как глубоко вы зашли в своих заблуждениях, даже не смейте просить у меня прощения. Отрезать кусочек от небольшой тарталетки. Положить в рот. НАНИ: Герберт! Он режет мне сердце. Он ест рустико без корочки! Добрать корочку. НАНИ: Вердикт? ФРАНЦ: Очень нежно. Принцесса недовольно выгнула бровь. ФРАНЦ: Я приношу свои глубочайшие извинения неаполитанскому рустико. Он настолько нежнее и тоньше пошлых лотарингских кишей. Эта сочность. Эта сбалансированность текстуры, легкость, сладкость корочки… рикотта… ну рикотта – это… рикотта всё сделает съедобнее. Здесь вообще нет вкуса яйца, и к счастью, никакой дурацкой свинины. НАНИ: Вот. А то я не верю в гениев, не способных оценить еду.