— Уже очухалась, «принцесса»? — ... Макото... — Ни с места! Только дёрнись — и эту вонючую зверолюдку придётся соскабливать с земли. — Отпусти её! — Отпустить? Ты хоть понимаешь, кому это говоришь, паршивая кукла? — Прекрати! — Повторяю для тупых: какая-то кукла не имеет права мне приказывать! — Она же сейчас умрёт! — Что я только что сказал?! — Простите... Умоляю. Только остановитесь. — Хах. А сказать, по чьей вине это пока ещё живое недоразумение страдает? Хочешь знать? — По чьей? — Всё ещё не догоняешь? Это твоя вина, Ноэль Вермилион! — Из-за меня? — Твоё существование в этом мире вызывает возмущение в ткани бытия. Это ты пустила жизнь этого чучела и всего остального мира псу под хвост! И после этого всё ещё считаешь, что у тебя есть право на существование? — У меня... нет права? — Ага. Тебя вообще не должно было быть. С твоим появлением Цубаки потеряла буквально всё — из-за тебя её и так никчёмная жизнь пробила дно. — Хватит поливать Цубаки грязью! — Ну добавил грязи в помойку — и что с того? Не велика беда. И вообще — даже у этой никчёмной дуры [Макото] был свой кусочек счастья. А ты раздавила эту жалкую малость! — Нет! Я... — На, смотри! Вот она — истина, так же известная как отчаяние! — НЕТ!!! — Ты же видела? Ощутила тот мир, где тебя никогда не было? Вот она истина! — Это неправда! — Преемник Лазури, Зачинатель Бедствия — это всё ты! Из-за твоего существования мир трещит по швам!