За меня говорил сочинитель романов, привыкший изображать романтические события, выводящие героев из тупиков реальной жизни. Волшебство «бога из машины», желаемый резкий поворот исправляет в последней главе действительность, приводя ее соответствие с тем, что «должно быть». В кои-то веки победу одерживает добро, а циники, посредственности, злоумышленники получают по заслугам.