Марья, поддавшись внезапному порыву, привстала на цыпочки и нежно поцеловала опешившего Чародея в щёку. Это был немного робкий, осторожный, точно ранняя птаха, и колючий, как морской ёж, поцелуй. Первый в жизни юной Царевны. И подарив его Чародею, она почувствовала, что абсолютно счастлива. Безмерно, бесконечно, необъятно. Как необъятен Море-океан, как необъятно бескрайнее, усыпанное самоцветами-звёздами небо над их головами… Не знала Марья, что будет дальше, да как… Но в одном она была абсолютно уверена: “Теперь всё у нас будет хорошо…”