Эх, а я-то надеялась, он хороший... Хотя, то же самое было и Русалкой... Неужели все тут... такие? Неужели сказки врали и в них нет даже частицы правды? Эх, всё же сказки — это сказки! Лживые, приукрашенные истории.

— А я ночью сказку новую сочинил. Там всё кончалось так хорошо... — Но ведь сказка — это одно, а жизнь — это совсем другое. Правда? — К сожалению, правда.

Я не сказала ему правду. Как можно? Я угостила его очередной историей. Тощей, жалкой, малокровной сказкой без ярких деталей и изящных поворотов: выцветшие лоскуты, сметанные на живую нитку, с бахромой по неровным краям. Одной из тех историй, что так похожи на реальную жизнь. Точнее, на то, что представляется людям реальной жизнью, а это совсем не одно и тоже. Человеку моего склада, наделенному живой фантазией, нелегко сочинять истории вроде этой.

Мне часто кажется, что я упускаю какую-то важную деталь головоломки под названием «человек».