— У вас всё обойдется. Кто-нибудь поможет. И будете себе опять на пианино играть. — В тюремной самодеятельности. — Кто-нибудь выручит. — Я ведь не солист и не лауреат. Так, под чужую палочку. — Уж лучше, чем подносы таскать. Вон, как я одна осталась, да без мужа и профессии, с ребёнком... А теперь — ничего. Работаю, как Бог.
— У вас всё обойдется. Кто-нибудь поможет. И будете себе опять на пианино играть. — В тюремной самодеятельности. — Кто-нибудь выручит. — Я ведь не солист и не лауреат. Так, под чужую палочку. — Уж лучше, чем подносы таскать. Вон, как я одна осталась, да без мужа и профессии, с ребёнком... А теперь — ничего. Работаю, как Бог.
— Вам нужны деньги? Я могу Вас устроить. Есть работёнка. — Пусть трактор работает, он железный. — Профессия есть? — Есть. Солист. — Солист? А где Вы пели? — Я не пел. Я два года в колонии капусту солил.
Все парни надушились, девчонки все накрасились! Сперва все раскурились, а уж после расколбасились. Тут ремонта на неделю — вот забацали веселье! И, видимо, опять все закончится постелью.
