Идея о том, что «нормальное» равно «здоровое» и «правильное», в 19 веке надёжно осела сначала в медицинской практике, а затем и в повседневности. «Каковы в среднем большинство людей, которых мы сможем измерить, – такими и должны быть люди вообще» – такой сформировался здравый смысл. При этом «средний человек» Кетле был одновременно и физиологически средним, и морально средним. А затем, если коротко, в западных обществах начал укрепляться буржуазный средний класс (la classe moyenne – буквально от l’homme moyen, среднего человека Кетле), и особый тип умеренности, усреднённости ещё больше стал считаться тем, к чему следует стремиться всем вообще.

Мой папа мне всегда говорил: «Любую вещь на свете можно объяснить одной фразой: «Все люди разные»». Я тогда не понимал, о чем он, а лет в сорок задумался: «А почему в жизни всё так?» Логично же, что все должно быть как-то по-другому, но точно не так. Вспомнил папино «все люди разные» и понял: «А, вот почему!» А недавно вдруг отчётливо осознал: все люди — одинаковые. И я такой же, одинаковый. Поэтому всё так.

Ах, все вы одинаковые, вы считаете, что женщина непременно должна быть красивой.

... мы все рождаемся одинаковым образом, но умираем весьма по-разному.