Она решила сосредоточиться на себе и своей жизни и пожинать плоды, что не растила; плоды, которые кто-то вырастил в ней заботливой рукой. Теперь она была другой и не знала, кого благодарить. Хоть отныне в ней и зияла пропасть от потери неизведанного, она больше не страдала. Появилась лёгкость, жизнерадостность, готовность наконец-то быть счастливой.
Она решила сосредоточиться на себе и своей жизни и пожинать плоды, что не растила; плоды, которые кто-то вырастил в ней заботливой рукой. Теперь она была другой и не знала, кого благодарить. Хоть отныне в ней и зияла пропасть от потери неизведанного, она больше не страдала. Появилась лёгкость, жизнерадостность, готовность наконец-то быть счастливой.