Токио очень яркий. В деревне, в которой я родился, не было так много огней. Когда наступала ночь, становилось действительно темно. До вчерашнего дня у меня не было никаких сомнений в том что меня бросили. Было совершенно темно, без ориентира. До вчерашнего дня в моей жизни не было света. Но, затем, господин Инугами зажёг для меня этот свет. Теперь я никогда не погашу это пламя.
— Кабанэ Кусака
