И рад бы бросить лиру От чистых муз навеки удалясь, Но Рубенсом на свет я не родился, Не рисовать, я рифмы плесть пустился. Мартынов пусть пленяет кистью нас, А я — я вновь взмостился на Парнас. Исполнившись ирейскою отвагой, Опять беру чернильницу с бумагой И стану вновь я песни продолжать.
— Александр Сергеевич Пушкин
