— Чёрт его знает. Романов до сих пор рассказать не может. Когда смена пришла, в церкви он один был. Сидел на полу и молился. До сих пор сидит и молится. Не жрет ничего, людей не замечает... Будто только он да Бог, а больше никого в мире нет. — Главное, не говорите ему, что Бога тоже нет.