Любые невзгоды легче переносить, если кто-то выслушает, а затем посмеется вместе с тобой над незначительностью слов каких-то незнакомцев.

Милая моя, милая моя, у нас можно всё отнять, у нас с тобой можно всё отнять, всё, что есть. Можно отнять работу, честь, доброе имя, то, что мы называем домом — легко отнять, можно отнять друзей, можно отнять Родину, очень легко отнять жизнь, жизнь легче всего отнять... даже детей... даже детей... всё, что есть — у нас можно отнять... Единственное, чего у нас отнять с тобой невозможно — это того, что у нас с тобой было... только мы сами, только мы сами. Нет, мы не забудем, нет, это слишком просто, но мы можем сделать так, так поступить, что нам будет больно вспоминать о том, что у нас с тобой было, больно и стыдно. Так давай же, давай попробуем прожить так, чтобы не сделать и не сказать того, после чего, нам будет больно вспоминать... вспоминать о том, чего у нас с тобой отнять невозможно, чего у нас нельзя отнять.

Украсть тебя у всех мужчин, И целовать тебя день и ночь. Украсть и жить с тобой до морщин, И воспитать с тобой сына и дочь...

— Я подумал, что ее может кто-то украсть… – привел довод в свое оправдание. — И спер сам. — Если вещь может украсть плохой человек, то хороший должен сделать это первым! – поучительно поднял я палец...