Есть два правила, которым я следую: поверни налево, если от тебя ждут, что ты повернешь направо; входи в любую дверь, в которую запрещено входить.

— У тебя есть секунда для меня? — Для тебя у меня есть даже целая минута.

Время шло, — а минуты остались. Бубенцы, бубенцы на дураке... Так они заливались! Месяц светил на чердаке. И кошки заволновались.

Это Голливуд, дружище. Любая мораль тут остаётся за воротами — вход в город ей категорически запрещен.