Умение быть ироничным, умение смеяться над собой, умение не показывать всего — это на самом деле очень присуще моему отцу. Мой отец был человеком очень азартным, остроумным, ироничным, и, мне кажется, по складу мышления он похож на Шварца. Отец строил свой театр, равно как и кинематограф, всю жизнь — авторский, не похожий ни на какой другой. За 46 лет в «Ленкоме» он создал свой Вишневый сад и вырастил в этом саду небывалые деревья. Он вырастил по-настоящему великих артистов, и не одно поколение. Это не удавалось, кажется, никому, даже великому Товстоногову. Как человек азартный, отец не переставал удивляться, как целый мир возникает из ничего — просто из идеи, из фантазии, которая вдруг материализуется и становится чем-то таким, что можно потрогать, что становится материальным. Хотя театр, конечно же, не очень материален.