Правда от истины отличается тем, что истину не знает никто, а правду знает каждый и у каждого она своя.

Никто не знает своей истинной роли в том величественном представлении, в котором первое действие – жизнь, второе – смерть, а, может быть существует ещё и третье, и четвертое и пятое…

Истина может быть только схемой ради схемы, потому что каждый ее чувствует по-своему.

В этом зале утверждалось, что свободным может быть только человек. Но мне кажется, что быть свободным может только тот, кто хочет свободы. И я хочу свободы.