Будучи ребёнком, я часто забавлялся одной школьнической проделкой, которой мне всегда удавалось одурачить своих слушателей. Я играл одну и ту же пьесу, приписывая её по очереди то Бетховену, то Черни, то самому себе. В те дни, когда за автора пьесы слыл я сам, успех носил характер покровительственный и поощрительный: «Это, право, было недурно для моих лет!»... В дни, когда я исполнял её под видом произведения Черни, меня не слушали; когда же я выдавал её за произведение Бетховена, я неизменно обеспечивал себе восторженное одобрение всего собрания.
— Ференц Лист