Стоило ему [Полторацкому] не играть, а пойти к Воронцову, куда его звали, «и все бы было хорошо», — думал он. А теперь было не только не хорошо, но было ужасно.
Стоило ему [Полторацкому] не играть, а пойти к Воронцову, куда его звали, «и все бы было хорошо», — думал он. А теперь было не только не хорошо, но было ужасно.
Я думал, там бывают только боль и горечь. Я думал, что от такой реальности можно только убегать. Но там, куда я бежал, тоже ничего хорошего не было. Я был не нужен в том мире. Как, в прочем, и все остальные люди.