я ощущаю грусть на языке: она тает, как мятная конфета, оставляя за собой мягкое послевкусие. в последнее время она действительно мягкая — в её объятиях можно успокоить тревогу, вернуться в конце сложного дня как к доброму другу, ощутить кожей нежное поглаживание и не хотеть отпрянуть и оттолкнуть. она улыбается так, словно знает, что ей есть место. потому что впервые оно и правда есть. она звучит нажатием бело-чёрных клавиш и подёргиванием струн, она податлива, словно нагретая глина. с ней есть, о чём поговорить и поспорить, но это не ощущается игрой не по твоим правилам. она выслушивает и укачивает, берёт за руку и медленно направляет, вот же, смотри, что ты не видела ранее. ей вторишь. с ней прощаешься в чувством правильной завершённости, зная, что она вернётся вновь надёжным соратником. она понимает с полуслова и считывает шёпот, едва коснувшийся губ. удивительно, но в её запасе прячутся правильные слова, для которых нужна только смелость услышать. она выпархивает из рук с нескрываемой надеждой, оставляя лёгкую усмешку и влажный след на щеках. она — часть меня. в беззвучном взгляде куда-то внутрь я признаю, что я её — тоже.