Любое назло — всегда умышленное зло.

Все то страшное зло, которое он видел и узнал за это время и в особенности нынче, в этой ужасной тюрьме, все это зло торжествовало, царствовало, и не виделось никакой возможности не только победить его, но даже понять, как победить его.

...я улыбнулся. Каюсь. Улыбнулся загадочно, черт меня возьми! Улыбка не воробей?

Я улыбнулся ей своей улыбкой счастливой акулы.