О, я отдам тебе самое-самое, что найдешь не только на языке, божество, но везде – пей через серебро трубочки взбитую в пену душу мою. И пусть она будет мятной. И он целовал меня в жасмине когда глубоко, требовательно, а когда легко, нежно, игриво, целовал, пока я ловила ощущение его холеной кожи на моих щеках, его морского запаха, его горчаще-миндального наслаждения мной. Пей через серебро взбитую в пену душу мою, и наслаждайся, дракон, десертом.