Их мечты, замыслы и цели далеко превосходили их самих. То, что они были настолько убеждены в реальности замышленного будущего, что начинали жить так, словно их мечта уже исполняется. Они не могли ни видеть, ни слышать, ни осязать, ни ощущать вкус или запах мечты, но были настолько захвачены ею, что заранее вели себя в полном соответствии с потенциальной реальностью.