Когда в государстве есть корпус, который говорит «я хочу», надо чтобы другой корпус мог сказать: «я не хочу». Но, если вся власть оказывается в одних руках, рождается деспотизм.

Идеологизация государства порождает деспотизм власти, а его деидеологизация – анархизм. А третий, что неизбежно, – власть Гуманизма.

Если я хочу описывать, как дама одна полюбила одного офицера, это я могу; если я хочу писать о величии России и воспевать войны, я очень могу; если я хочу доказывать необходимость народности, православия и самодержавия, я очень и очень могу. Если хочу доказывать то, что человек есть животное и что кроме того, что он ощущает, в жизни ничего нет, я могу; если хочу говорить о духе, начале, основах, об объекте и субъекте, о синтезе, о силе и материи, и, в особенности, так, чтобы никто ничего не мог понять, я могу. Но этой книги, в которой я рассказывал, что я пережил и передумал, я никак не могу и думать печатать в России, как мне сказал один опытный и умный старый редактор журнала.

Свобода рождает анархию, анархия приводит к деспотизму, а деспотизм возвращает к свободе. Миллионы существ погибли, так и не добившись торжества ни одной из этих систем.

Деспотизм рождается в молчании толпы.