Мир тёмный и сломленный. Но мы — нет. Ещё нет. Мы смотрим в лицо смерти каждый день, пока однажды это лицо не станет нашим собственным. Как с этим справиться? Мой папа хотел, чтобы милосердие взяло верх над гневом. Ведь если это не произойдёт, мы потеряем всё.